Богатые россияне ускорили вывоз капитала из‑за опасений конфискаций и банковских рисков

Из‑за страха национализаций, проблем в банковской системе и риска конфискаций состоятельные россияне переводят миллиарды за границу, прибегая к криптовалютам, золоту и инвестициям в зарубежные активы.

Состоятельные россияне, в том числе лица, близкие к властям, значительно активизировали вывоз капитала из страны. По словам источников, тревожит не только состояние экономики и банков, но и риск, что частные активы будут изъяты в пользу страдающего военного бюджета.

Куда переводят деньги

Для сохранения сбережений богатые россияне используют разные схемы: криптовалюты и стейблкоины, покупку золота, вложения в зарубежную недвижимость и частные инвестиционные фонды, прежде всего на Ближнем Востоке и в Турции.

Денежные потоки идут через платежи и сделки с офшорами и посредниками в странах СНГ и Ближнего Востока — в частности через Кипр, ОАЭ, Армению, Казахстан и Кыргызстан. Для обхода ограничений иногда используют специализированные стейблкоины.

Почему растёт отток

Опасения усилились после волны национализаций и изъятий частных активов общей стоимостью около 4 трлн рублей. Некоторые владельцы крупных компаний лишились контроля над бизнесом, а ряд предпринимателей попал под аресты и уголовные дела.

Продажа присвоенных компаний новым владельцам принесла государственному бюджету сотни миллиардов рублей, тогда как дефицит бюджета за январь–июнь текущего года приблизился к почти 6 трлн рублей.

Дополнительный фактор — страхи за устойчивость банков: собеседники отмечают рост неплатежей по кредитам и увеличение доли проблемных активов на балансе кредитных организаций — выше 11% по оценкам источников.

Объёмы вывода и контекст

Консервативные оценки указывают на отток нескольких десятков миллиардов долларов с начала года. Центральный банк больше не публикует официальные цифры по чистому оттоку частного капитала; ранее за первый год конфликта сообщались оценки, близкие к $253 млрд.

Собеседники утверждают, что интерес к вывозу средств начал заметно расти с конца 2024 года — в условиях нарастающего внутреннего давления и неопределённости вокруг собственных активов.