Согласно новому журналистскому расследованию, Вторая служба ФСБ — подразделение, отвечающее за защиту конституционного строя и борьбу с терроризмом, — параллельно курировала как секретные программы по применению боевых ядов, так и разработку допинга для российских спортсменов.
В материале утверждается, что Дмитрий Ковалев, выступавший летом 2020 года в Лозанне в качестве эксперта‑криминалиста Российского антидопингового агентства (РУСАДА) на слушаниях в Спортивном арбитражном суде по делу об отстранении российских спортсменов за систематический допинг, является полковником Второй службы ФСБ.
По данным расследователей, в период, когда Ковалев давал показания в суде, он активно созванивался с генерал‑майором Владимиром Богдановым — одной из ключевых фигур в Центре специальных технологий (НИИ‑2 ФСБ). Богданова называют координатором операций по применению ядов против политических оппонентов российских властей.
Авторы расследования напоминают, что ранее независимые эксперты и международные организации уже связывали сотрудников спецслужб с серией отравлений оппозиционных деятелей, в том числе Алексея Навального и Владимира Кара‑Мурзы. Речь шла об использовании нервно‑паралитических веществ, относящихся к группе «Новичок» или аналогичных ингибиторов холинэстеразы.
По сведениям источников, «допинговым проектом» с 2015 года занимался научный центр «Сигнал», который де‑факто находится под оперативным управлением Богданова. В этом центре, как утверждается, было принято решение разработать собственные допинговые препараты после того, как бывший глава Московской антидопинговой лаборатории Григорий Родченков публично рассказал о государственной системе подмены проб российских спортсменов.
Родченков, раскрывший схему подмены допинг‑проб на зимней Олимпиаде 2014 года в Сочи, в дальнейшем описал эту историю в книге «Допинг. Запрещенные страницы». В ней он излагает детали функционирования государственной допинговой системы, совмещая элементы автобиографии, производственного романа и журналистского расследования.
Источник, знакомый с внутренней работой центра «Сигнал», рассказал, что программы по синтезу токсичных веществ и созданию допинговых препаратов формально шли раздельно, однако в обеих использовались одни и те же специалисты и то же самое оборудование. Таким образом, в рамках одной структуры сочетались исследования в области боевых отравляющих веществ и фармакологические разработки для спорта.
Расследователи также утверждают, что Ковалев является гражданским супругом Вероники Логиновой, нынешнего генерального директора РУСАДА. В феврале 2026 года один из информаторов Всемирного антидопингового агентства (ВАДА) обвинил Логинову в личном участии в подмене допинг‑проб на Олимпийских играх в Сочи в 2014 году. Логинова отвергла все обвинения, назвав их «фантазиями» и пообещав подать иск о клевете.
Сотрудники Второй службы ФСБ, по данным расследования, формально входят в руководство Олимпийского комитета России. В частности, Николай Варфоломеев, связанный с этим подразделением, занимает должность советника председателя Олимпийского комитета по безопасности, а Родион Плитухин, ранее служивший во Второй службе, в 2022–2024 годах был генеральным секретарем ОКР.
Отдельный блок опубликованных материалов касается расширения полномочий Второй службы в сфере контроля за цифровой средой. Сообщается, что с лета 2025 года именно это подразделение курирует российский сегмент интернета. По данным источников, после встречи главы Второй службы Алексея Седова с Владимиром Путиным служба получила фактический карт‑бланш на «наведение порядка в интернете».
По информации издания, близкого к финансовому и технологическому рынкам, именно Вторая служба выступала инициатором ограничений на голосовые звонки в мессенджерах, включая WhatsApp и Telegram, которые вводились в августе. Сейчас та же структура, как утверждается, координирует борьбу с технологиями обхода блокировок.
Источник на рынке платежных сервисов рассказал, что по требованию Второй службы в ряде крупных платежных компаний были проведены проверки. Руководству этих сервисов задавали вопросы о том, проводят ли они платежи за VPN‑сервисы и другие инструменты анонимизации. По словам одного из собеседников, представители Второй службы «появляются повсюду и принимают ключевые решения» в вопросах интернет‑контроля.
