Александр Лукашенко рассказал, как он представляет себе «большую сделку» с США. По его словам, политзаключённые и санкции — вопрос второстепенный. Ради чего он готов торговаться с Дональдом Трампом?
В беседе с телеведущим Риком Санчесом на российском канале RT Александр Лукашенко подтвердил, что разговоры о «большой сделке» с США идут уже давно. Он подчеркнул, что личная встреча с Дональдом Трампом не является для него самоцелью: «Скажу откровенно, приятно было бы увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не самоцель, это не главное. Надо понимать, что, помимо того, что мы обычные люди, которые хотят общаться и поздороваться, познакомиться друг с другом, мы ещё и президенты, поэтому встреча должна быть подготовлена».
О том, чего именно Лукашенко ожидает от «большой сделки» с США, эксперты высказались в своих оценках.
«Политзаключённые, санкции — это мелочь»
Лукашенко выразил надежду, что перед возможной «большой сделкой» между Беларусью и США будет подготовлено к подписанию «соответствующее соглашение». По его словам, запланированная в США встреча не должна выглядеть как разговор «вассала с императором»: «Это не какая‑то напыщенность, это не петушиная политика, нет, это политика реального президента, который уважает собственный народ. Я готов к этой встрече, мы готовы, мы готовы и к сделке, но её нужно подготовить, чтобы там были интересы и США, и Беларуси».
Он также заявил, что ошибочно считать, будто «у американцев только один интерес — освободить, как они говорят, политзаключённых в Беларуси, а взамен снять санкции». По утверждению Лукашенко, «политзаключённые, санкции — это мелочь», а вопросов, которые требуется урегулировать в рамках «большой сделки», гораздо больше.
«Пик политической карьеры»
По мнению бывшего дипломата, главы Агентства евроатлантического сотрудничества Валерия Ковалевского, возможная поездка Лукашенко в США имеет для него исключительное значение. «Это пик политической карьеры. Никогда во время его правления он не встречался с президентом США для полноформатных переговоров», — отмечает эксперт.
Ковалевский подчёркивает, что такая встреча была бы важна и с точки зрения нынешней ситуации, в которой находится Беларусь: «Существует угроза суверенитету и независимости нашей страны. Продолжается война, и есть сценарии, при которых Россия будет пытаться втянуть Беларусь в военное противостояние не только с Украиной, но и с западными странами. Для Лукашенко крайне важно, чтобы визит в США состоялся и позволил отстоять его интересы, которые, разумеется, связаны с сохранением личной власти в Беларуси. Но чтобы пользоваться этой властью, ему приходится думать и о том, как укреплять суверенитет страны».
Политолог Валерий Карбалевич убеждён, что для Лукашенко важно всё: и возможная отмена американских санкций, и сделки по белорусскому калию. «Опираясь на эти договорённости, он рассчитывает преодолеть европейские ограничения и прежде всего получить доступ к порту Клайпеда, через который до введения санкций шли поставки калийных удобрений из Беларуси. То есть, зацепившись за калий как за одно звено, вытащить всю цепь, — поясняет политолог. — Плюс прорвать дипломатическую блокаду на западном направлении. Европа не признаёт Лукашенко президентом Беларуси. А для него важно признание со стороны западных государств, выход из изоляции».
Историк и политический обозреватель Александр Фридман полагает, что в рамках «большой сделки» может обсуждаться весь спектр мер по нормализации отношений: «Сюда входит возвращение посла США в Беларусь, возможное возобновление прямого авиасообщения и, как я думаю, экономические проекты. Лукашенко заинтересован в инвестициях из Соединённых Штатов. Через схему “освобождение политзаключённых в обмен на отмену санкций” он хочет выйти на более масштабные инициативы прежде всего в экономической области».
Торопится ли Лукашенко с заключением сделки?
Переговоры между белорусскими властями и администрацией Дональда Трампа длятся уже более года. За это время были освобождены несколько групп политзаключённых, а также сняты американские санкции с экспорта белорусских калийных удобрений, с авиакомпании «Белавиа», ряда банков и Минфина. Однако та самая комплексная «большая сделка», при которой на свободу должны были бы выйти все политзаключённые в Беларуси, до сих пор не заключена.
По словам Валерия Карбалевича, до конца не ясно, кто именно тормозит процесс. «Переговоры очень закрытые. Возможно, если бы Лукашенко решился на более масштабные шаги по освобождению политзаключённых, это могло бы ускорить достижение соглашения», — предполагает он.
Валерий Ковалевский считает, что ближайшие месяцы — это тот период, когда Лукашенко следовало бы довести сделку до логического завершения. «В большей степени это продиктовано внутриполитической ситуацией в США, где готовятся к промежуточным выборам в Конгресс. Когда через несколько месяцев начнётся наиболее активная фаза кампании, у Дональда Трампа и его администрации будет гораздо меньше времени для белорусской повестки», — отмечает бывший дипломат. При этом он подчёркивает, что важную роль играет способность Лукашенко и его окружения договариваться, идти на уступки и компромиссы.
«Лукашенко понимает, что американцы начали говорить с ним лишь потому, что увидели в нём потенциально полезный фактор в контексте урегулирования конфликта вокруг Украины. Он осознаёт, что международные события развиваются настолько стремительно, что любое соглашение может быть перечёркнуто новой эскалацией — будь то война на Ближнем Востоке, возможное ухудшение отношений между Вашингтоном и Пекином или между США и Россией. В такой ситуации выжидать и на что‑то надеяться, возможно, не лучший вариант, и сделку стоит заключить как можно раньше», — считает Александр Фридман.
Ожидает ли Лукашенко гарантий безопасности от США?
По мнению Валерия Карбалевича, Лукашенко хотел бы включить в «большую сделку» целый комплекс вопросов: «Гарантии со стороны США, что он не повторит судьбу Николаса Мадуро в Венесуэле или руководства Ирана, для него тоже крайне важны».
Политолог напоминает, что американская администрация уже демонстрировала готовность к крайне решительным действиям, когда считает вопрос принципиальным. «Вероятность того, что с Лукашенко произойдёт то же, что с Мадуро, невелика, — говорит он. — Но у страха глаза велики. Не случайно спецпредставитель президента США Джон Коул после переговоров с Лукашенко заметил, что того до чертиков напугали события в Венесуэле и Иране. Видимо, такими были его впечатления от бесед в Минске».
Валерий Ковалевский, впрочем, считает разговоры о возможных гарантиях со стороны США преждевременными: «Надо помнить, что Лукашенко — союзник России, а не Соединённых Штатов, чтобы Вашингтон брал его под свою защиту. Это, вероятно, чересчур завышенные ожидания со стороны Минска».
В то же время, по его словам, если «большая сделка» всё же будет заключена и стороны продвинутся в направлении нормализации отношений, то «в перспективе подобные дискуссии могут возникнуть». «Однако едва ли Москва захочет передать Вашингтону роль главного гаранта безопасности Лукашенко», — резюмирует экс‑дипломат.
