Как ограничивают доступ к несекретным архивным материалам.
Правительство в октябре 2024 года позволило закрывать несекретные архивные сведения из‑за угрозы интересам страны. В марте 2025 года Росархив утвердил порядок: комиссия выносит заключение, а руководитель ведомства принимает решение. Перечень информации, доступ к которой могут ограничивать, не публикуется.
В госфондах ФСБ и МВД хранятся дела, протоколы допросов и акты о расстрелах, которые позволяют восстановить судьбы репрессированных и имена их преследователей. По закону доступ к сведениям о личной и семейной тайне ограничен на 75 лет. После этого доступ к материалам могут получить не только родственники.
В октябре 2024 года правительство разрешило закрывать даже несекретные архивные сведения из‑за возможной угрозы интересам страны. В марте 2025 года Росархив утвердил порядок: специальная комиссия готовит заключение, а руководитель ведомства принимает решение. Перечень информации, доступ к которой могут ограничивать, не публикуют.
Как исследователям перестали выдавать дела
В сентябре 2025 года исследователю Олегу Новоселову перестали выдавать дела репрессированных в свердловском архиве, с которыми он ранее работал. Ему потребовали подтверждение родства. Аналогичные ограничения подтвердили в Челябинской и Костромской областях.
При этом Росархив в октябре 2025 года заявил, что комиссия еще не рассматривала дела репрессированных и не принимала решений об ограничении доступа к ним. Зачем региональные архивы ссылались на распоряжения ведомства, остается неясным.
Как потомок репрессированных пытался отменить приказ
Адвокат Владимир Редекоп, изучающий судьбы родственников, пострадавших от репрессий, с 2022 года сталкивается с трудностями подтверждения родства документами: в апреле 2024 года МВД в Амурской области не выдало копию дела реабилитированного, сославшись на служебную информацию.
Редекоп обжаловал приказ № 38 в Верховном суде. В феврале 2026 года суд признал порядок законным и отказал в иске; а в мае решение осталось в силе после апелляции. При этом Росархив не вынес отдельного решения об ограничении доступа к запрошенным документам.
Как доступ ограничивали раньше
Исследователь Денис Карагодин в 2016 году получил из архива ФСБ акт о расстреле своего прадеда с именами исполнителей. Но в 2019 году Новосибирский госархив закрыл два партийных фонда КГБ и управления внутренних дел — по официальной версии, для проверки документов на секретность.
В 2020 году новосибирское УФСБ отказало Карагодину в выдаче копий 26 протоколов «Харбинской операции» НКВД: они касались 2215 человек, 2119 из которых приговорили к расстрелу. Прокуратура поддержала требование заранее указать фамилии — хотя Карагодин пытался выяснить их.
Почему власти ограничивают доступ к прошлому
Администрация президента объяснила новые меры защитой архивной информации от искажений и использования во вред стране. Историк Иван Курилла считает, что закрытие архивов связано с изменением государственной исторической политики. Ограничения мешают готовить книги памяти, устанавливать имена жертв для проектов вроде «Последнего адреса» и узнавать судьбы близких.